Страны-производители кобальта: кто добывает важнейший металл для аккумуляторов и что влияет на цену

Определение стран-производителей кобальта
Кобальт — это твердый блестящий металл, получаемый преимущественно как побочный продукт при добыче меди и никеля. Демократическая Республика Конго (ДРК) обеспечивает около 84% мирового объема добычи кобальта, что делает этот источник поставок наиболее концентрированным среди всех основных промышленных металлов. Вторым по величине производителем является Индонезия с долей около 16% мирового предложения. Кобальт является ключевым материалом катода в литий-ионных аккумуляторах типа NMC и NCA, используемых в электромобилях и бытовой электронике, хотя рост доли кобальт-свободных LFP-аккумуляторов меняет долгосрочные прогнозы спроса.

---

Оглавление

1. Что такое кобальт и почему он стратегически важен?
2. Крупнейшие страны-производители кобальта: рейтинг 2025 года
3. ДРК: 84% мирового предложения и «кобальтовое проклятие»
4. Взлет Индонезии: революция HPAL и китайские инвестиции
5. Россия, Мадагаскар, Австралия, Канада и другие
6. Мировые запасы кобальта: где находится металл в недрах?
7. Кобальт как побочный продукт: почему объем предложения трудно регулировать
8. LME Cobalt: ценовой ориентир
9. Угроза замещения на LFP: что значат аккумуляторы без кобальта
10. Часто задаваемые вопросы
11. Основные выводы

---

Что такое кобальт и почему он стратегически важен?

Кобальт — химический элемент с атомным номером 27, синевато-серый металл с температурой плавления 1495°C. На протяжении большей части индустриальной истории он был нишевым материалом, используемым в жаропрочных сплавах для авиадвигателей и режущих инструментов, а также в качестве пигмента для синего стекла и керамики (кобальтовая синь известна с глубокой древности).

Революция в производстве перезаряжаемых аккумуляторов изменила всё.

Кобальт является ключевым компонентом катода в литий-ионных батареях. В составе NMC (никель-марганец-кобальт) и NCA (никель-кобальт-алюминий), которые питают большинство электромобилей и бытовой электроники, кобальт стабилизирует структуру катода, повышает плотность энергии и снижает риск теплового разгона — проще говоря, помогает предотвратить возгорание аккумуляторов.

Без кобальта в катоде NMC батарея становится менее стабильной и менее эффективной. Производители аккумуляторов годами пытались снизить содержание кобальта в своих рецептурах: переход от NMC 111 (равные части никеля, марганца, кобальта) к NMC 811 (80% никеля, 10% марганца, 10% кобальта) отражает стремление снизить зависимость от стоимости и рисков поставок кобальта.

Стратегическая критичность очевидна: кобальт незаменим для доминирующей химии аккумуляторов электромобилей, он преимущественно добывается в одной из самых политически нестабильных стран мира, а китайские компании контролируют подавляющую долю как добычи, так и переработки. США, ЕС, Япония и Южная Корея включили кобальт в список критически важных минералов.

---

Крупнейшие страны-производители кобальта: рейтинг 2025 года

Место	Страна	Оценочная добыча 2024 (МТ)	Мировая доля (%)
1	Демократическая Республика Конго (ДРК)	~230 000	~84%
2	Индонезия	~44 000	~16%
3	Россия	~8 900	~3%
4	Австралия	~5 600	~2%
5	Филиппины	~4 500	~1,6%
6	Канада	~3 900	~1,4%
7	Мадагаскар	~3 700	~1,4%
8	Папуа — Новая Гвинея	~3 200	~1,2%

Примечание: Процентные доли суммарно превышают 100% из-за округления и использования различных источников данных. Общий мировой объем добычи кобальта в 2024 году составил примерно 270 000–290 000 МТ.

Таблица наглядно показывает, насколько ненормальным является доминирование ДРК. Три следующих за ней крупнейших производителя — Индонезия, Россия и Австралия — вместе обеспечивают около 20% мирового предложения. Для сравнения: Саудовская Аравия, доминирующий мировой производитель нефти, обеспечивает около 12% мирового предложения нефти. Концентрация кобальта в ДРК почти в семь раз выше.

Появление Индонезии на втором месте произошло недавно. В 2021 году Индонезия добывала около 2 700 МТ кобальта. К 2024 году этот показатель вырос примерно до 44 000 МТ — рост более чем на 1 500% за три года, полностью обеспеченный технологией переработки HPAL, внедренной на никелевых проектах Индонезии.

---

ДРК: 84% мирового предложения и «кобальтовое проклятие»

В Демократической Республике Конго сосредоточены крупнейшие в мире запасы кобальта — около 4 миллионов метрических тонн, что составляет примерно 46% от общемировых запасов. Медный пояс Катанги в юго-восточной провинции Луалаба — один из самых минерально богатых регионов на Земле.

Кобальт в ДРК добывается в двух различных условиях:

Промышленная добыча: Крупномасштабные механизированные операции, принадлежащие транснациональным горнодобывающим компаниям. Среди крупнейших производителей — Glencore (чей рудник Катанга и компания Kamoto Copper Company входят в число крупнейших в мире активов по добыче кобальта), China Molybdenum (CMOC), Eurasian Resources Group и Ivanhoe Mines. Эти промышленные шахты добывают кобальт как побочный продукт масштабной добычи меди.

Кустарная и мелкомасштабная добыча (ASM): Примерно 30 000–40 000 старателей — и в задокументированных случаях дети — добывают кобальт вручную в неформальных шахтах. На долю кустарной добычи приходится около 15–25% производства кобальта в ДРК, при этом оценки значительно варьируются. Проблемы с правами человека вокруг кустарного кобальта — детский труд, небезопасные условия, экологический ущерб — побудили крупных производителей аккумуляторов и электромобилей внедрить программы отслеживания цепочек поставок (Apple, Tesla и другие опубликовали политики поиска поставщиков кобальта именно в ответ на это).

«Кобальтовое проклятие» — это неофициальный термин для описания парадокса, при котором необычайное минеральное богатство ДРК сосуществует с крайней нищетой, постоянными вооруженными конфликтами и неэффективным управлением. Кобальт приносит огромные доходы горнодобывающим компаниям и китайским торговым домам. Но он не привел к сопоставимому развитию конголезского населения. ДРК находится в нижних 5% Индекса человеческого развития ООН, несмотря на то, что является одной из самых богатых минералами стран мира.

Китайские интересы доминируют во всей кобальтовой индустрии ДРК. По оценкам, китайские компании контролируют около 50% и более добычи кобальта в ДРК посредством прямого владения рудниками и соглашений об офтейке (выкупе продукции). Китайские компании владеют или имеют значительные доли в рудниках, управляемых CMOC, Huayou Cobalt и множеством более мелких операций.

---

Взлет Индонезии: революция HPAL и китайские инвестиции

Выход Индонезии на позиции крупного производителя кобальта стал одним из важнейших сдвигов в цепочках поставок сырьевых товаров 2020-х годов.

Индонезия обладает огромными запасами никелевой латеритной руды — типа никелевой руды, встречающейся в тропических регионах. Исторически латеритную руду было трудно перерабатывать экономически выгодно. Затем ситуацию изменила технология HPAL.

HPAL (автоклавное выщелачивание под высоким давлением) — это метод химической переработки, при котором никель и кобальт растворяются из латеритной руды с помощью серной кислоты при высокой температуре и давлении. Технология HPAL существовала десятилетиями, но считалась дорогой и технически сложной. Сочетание высоких цен на никель и кобальт, изобилие индонезийских месторождений латерита и агрессивные промышленные инвестиции Китая сделали HPAL экономически жизнеспособной в промышленном масштабе.

В период с 2021 по 2024 год китайские компании (преимущественно Huayou Cobalt, GEM и Lygend Resources, часто в совместных предприятиях с индонезийскими партнерами) построили несколько заводов HPAL в Индонезии. Правительство Индонезии потребовало, чтобы заводы HPAL производили никель-сульфат и гидроксид кобальта аккумуляторного качества — а не просто сырую руду — в качестве условия работы, гарантируя, что добавленная стоимость остается внутри страны.

Результат: объем добычи кобальта в Индонезии вырос с примерно 2 700 МТ в 2021 году до примерно 44 000 МТ в 2024 году — рост более чем на 1 500%. Индонезия превратилась из второстепенного игрока в значимую структурную альтернативу поставкам из ДРК.

Китайские интересы контролируют подавляющее большинство индонезийского производства кобальта методом HPAL — по оценкам, более 85% объема индонезийского кобальта проходит через предприятия с китайским участием.

---

Россия, Мадагаскар, Австралия, Канада и другие

Россия производит около 8 900 МТ кобальта в год, преимущественно на комплексе «Норникель» в Сибири. «Норникель» является одним из крупнейших в мире производителей никеля и палладия; кобальт является побочным продуктом. После событий 2022 года на Украине западные санкции и отказ товарных трейдеров от работы с РФ создали неопределенность вокруг поставок российского кобальта. Российский кобальт продолжает поставляться преимущественно азиатским покупателям.

Мадагаскар имеет один доминирующий источник: Ambatovy, никель-кобальтовый проект HPAL в центре страны, принадлежащий консорциуму, включая Sumitomo Corporation. Объем производства Ambatovy составляет около 3 700 МТ в год. Кобальт Мадагаскара географически значим — это один из немногих заметных африканских источников кобальта за пределами ДРК.

Австралия производит около 5 600 МТ кобальта ежегодно, преимущественно в ходе добычи никеля в Западной Австралии (включая заводы HPAL Murrin Murrin и Ravensthorpe). Австралия обладает вторыми по величине запасами кобальта в мире — около 1,7 млн метрических тонн (примерно 20% мировых запасов).

Канада производит около 3 900 МТ в год на объектах в Онтарио (никелевый пояс Садбери) и других регионах. Канадский кобальт выигрывает от стабильной юрисдикции и развитой инфраструктуры переработки.

Филиппины производят кобальт в основном как побочный продукт добычи никелевой латеритной руды, с объемом около 4 500 МТ в год.

Совокупный объем производства всех стран, кроме ДРК и Индонезии, составляет около 26 000–30 000 МТ в год — менее 15% мирового предложения.

---

Мировые запасы кобальта: где находится металл в недрах?

Запасы кобальта (экономически извлекаемые количества при текущих ценах и технологиях) распределены совсем иначе, чем текущая добыча:

Страна	Оценочные запасы (МТ)	Доля мировых запасов
ДРК	~4 000 000	~46%
Австралия	~1 700 000	~20%
Индонезия	~600 000	~7%
Россия	~250 000	~3%
Куба	~500 000	~6%
Филиппины	~260 000	~3%
Другие	~1 390 000	~16%

Позиция Австралии по запасам намного превышает ее текущие объемы добычи. Австралия производит около 2% мирового кобальта, но владеет 20% мировых запасов. Этот разрыв отражает комбинацию факторов: содержание руды, затраты на переработку и экономику добычи в юрисдикции с высокими издержками. Австралийский кобальт может значительно нарастить долю, если цены оправдают инвестиции.

Куба обладает крупными запасами кобальта (в основном на никель-кобальтовом объекте Moa на востоке страны), но сталкивается с хроническими ограничениями инвестиций из-за торгового эмбарго США и инфраструктурных лимитов.

---

Кобальт как побочный продукт: почему объем предложения трудно регулировать

Это самый важный структурный факт о предложении кобальта, который постоянно остается недостаточно освещенным.

Примерно 90% кобальта производится как побочный продукт при добыче других металлов — в основном меди (в ДРК) и никеля (в Индонезии, на Филиппинах, в Австралии, России). Горнодобывающие компании принимают решения об объемах добычи исходя из экономики основного продукта, а не цен на кобальт.

Что это означает на практике:

Если завтра цены на кобальт удвоятся, медный рудник в ДРК не станет автоматически добывать больше кобальта. Кобальт извлекается, потому что ведется добыча меди. Скорость извлечения кобальта определяется металлургией и мощностями переработки, а не ценовыми сигналами кобальта. Добытчик не может просто начать добывать больше кобальта, не увеличив добычу меди.

Это резко контрастирует, скажем, с золотодобычей, где рост цены может напрямую стимулировать активность. Для кобальта реакция предложения на изменение цены происходит медленно, опосредованно и ограничена экономикой основного металла.

Следствие: цены на кобальт могут значительно взлететь, не вызывая увеличения предложения, которое обычно сбивает цену. Скачок цен на кобальт в 2017–2018 годах, когда цена поднялась с примерно $25 000 за тонну до более чем $95 000 за тонну, а затем рухнула, продемонстрировал эту динамику. Всплеск привлек внимание, но не создал немедленно нового предложения именно кобальта, поскольку разработка новых рудников занимает 5–10 лет.

---

LME Cobalt: ценовой ориентир

Кобальт котируется и торгуется на Лондонской бирже металлов (LME), где наличная цена LME Cobalt служит мировым эталоном.

Спецификации контракта LME Cobalt:
– Размер контракта: 1 метрическая тонна
– Минимальная чистота: 99,8% кобальта
– Одобренные бренды: Только бренды, одобренные LME (крупные производители рафинированного кобальта должны регистрировать свои бренды для поставки)
– Котировка цены: USD за метрическую тонну
– Расчеты: Денежные расчеты или физическая поставка на склады, одобренные LME

Наличная цена LME Cobalt в 2024 году составляла в среднем около $25 000–$30 000 за тонну, что значительно ниже пика 2018 года (более $95 000/тонна) и пика 2022 года (около $82 000/тонна). Падение цены отражает совокупный эффект резкого роста производства HPAL в Индонезии (стремительное увеличение предложения) и тренда на замещение LFP-аккумуляторами (снижение ожиданий роста спроса).

Однако рынок LME Cobalt относительно узкий по сравнению с LME Copper или Aluminium. Большая часть физической торговли кобальтом происходит в промежуточных формах — гидроксид кобальта, сульфат кобальта — цены на которые привязаны к эталону LME, но торгуются по внебиржевым (OTC) двусторонним контрактам, а не на самой бирже.

Fastmarkets и Metal Bulletin публикуют оценки цен на гидроксид и сульфат кобальта, которые широко используются в контрактах цепочек поставок аккумуляторов, особенно для индонезийского и конголезского гидроксидного продукта.

---

Угроза замещения на LFP: что значат аккумуляторы без кобальта

Самым серьезным долгосрочным риском для спроса на кобальт является развитие химии литий-железо-фосфатных (LFP) аккумуляторов.

LFP-батареи содержат ноль кобальта. Они используют катод из литий-железо-фосфата — железо и фосфат являются одними из самых распространенных и дешевых материалов на Земле. Компромисс: LFP-батареи имеют более низкую плотность энергии, чем NMC-батареи (что означает более тяжелую батарею при том же запасе хода электромобиля), но они дешевле, безопаснее (нет риска теплового разгона, связанного с кобальтом) и выдерживают больше циклов заряда-разряда до деградации.

Китайские производители электромобилей — во главе с BYD и CATL — агрессивно перешли на LFP примерно с 2021 года. К 2023 году на долю LFP-батарей приходилось около 40% мировых установок аккумуляторов для электромобилей (по емкости). Самые продаваемые модели электромобилей BYD используют исключительно LFP.

Tesla начала использовать LFP в своем стандартном Model 3 в 2021 году. Volkswagen объявил о намерении использовать LFP в своих бюджетных электромобилях. Тренд очевиден: LFP захватывает массовый сегмент электромобилей с более низкой стоимостью.

Среднесрочные перспективы кобальтового рынка зависят от того, насколько глубоко внедрение LFP распространится на сегмент премиальных электромобилей (где более высокая плотность энергии NMC ценится больше) и на рынки за пределами Китая. На данный момент NMC сохраняет доминирование в премиальных электромобилях с большим запасом хода на западных рынках.

Чистый эффект для спроса на кобальт — это пересмотр прогнозов роста в сторону понижения, а не коллапс. Даже по мере того, как LFP завоевывает долю рынка, общее производство электромобилей растет достаточно быстро, чтобы объемы NMC могли продолжать расти в абсолютном выражении. Но траектория сместилась со сценария гиперроста, который привел цены на кобальт к $95 000 за тонну в 2018 году.

---

Часто задаваемые вопросы

Какая страна производит больше всего кобальта?

Демократическая Республика Конго (ДРК) — безусловно, крупнейший в мире производитель кобальта, обеспечивающий около 84% мирового объема добычи (примерно 230 000 метрических тонн в год). Индонезия занимает второе место с объемом около 44 000 МТ — позиция, достигнутая лишь недавно, с ростом производства более чем на 1 500% в период с 2021 по 2024 год благодаря проектам никелевой переработки HPAL.

Почему кобальт так важен для электромобилей?

Кобальт — ключевой компонент катодов NMC (никель-марганец-кобальт) и NCA (никель-кобальт-алюминий), используемых в большинстве литий-ионных батарей электромобилей. Он стабилизирует структуру катода, повышает плотность энергии и снижает риск теплового разгона. Производители аккумуляторов со временем снизили содержание кобальта на батарею, но большинство премиальных электромобильных батарей все еще содержат его. LFP-батареи (литий-железо-фосфат) не содержат кобальта и быстро завоевывают долю рынка.

Что такое LFP и почему это угрожает спросу на кобальт?

LFP расшифровывается как литий-железо-фосфат — химия аккумуляторов, не использующая кобальт. LFP-аккумуляторы дешевле и безопаснее NMC-аккумуляторов, но имеют меньшую плотность энергии (меньший запас хода на килограмм веса). Китайские производители электромобилей начали массовое использование LFP с 2021 года, и к 2023 году на их долю приходилось около 40% установок аккумуляторов в мировом секторе электромобилей. Если внедрение LFP продолжится в сегментах премиум-электромобилей, рост спроса на кобальт будет значительно ниже прогнозировавшегося ранее.

Почему предложение кобальта так сложно нарастить?

Около 90% кобальта производится как побочный продукт добычи меди (в ДРК) или никеля (в Индонезии, на Филиппинах и др.). Горнодобытчики принимают решения на основе экономики основного металла, а не кобальта. Когда цены на кобальт растут, нет прямого отклика предложения — поставки кобальта зависят от темпов добычи меди и никеля. Новые специализированные кобальтовые рудники требуют 5–10 лет на развитие. Эта структурная негибкость создает условия для резких ценовых скачков.

Как формируется цена на кобальт?

Мировым эталоном является наличная цена LME Cobalt, котирующаяся в USD за метрическую тонну для кобальта чистотой 99,8%. В 2024 году средняя цена LME составляла $25 000–$30 000 за тонну, снизившись с пика 2018 года выше $95 000. Физическая торговля кобальтом в промежуточных формах (гидроксид, сульфат) проходит по внебиржевым контрактам с привязкой к LME или оценкам Fastmarkets/Metal Bulletin.

Какую роль играют китайские компании в поставках кобальта?

Китайские компании агрессивно инвестировали в добычу и переработку кобальта. По оценкам, структуры с китайскими инвестициями контролируют около 46% и более мирового объема добытого кобальта через пропускную способность. В ДРК китайские компании (CMOC, Huayou Cobalt и др.) контролируют крупнейшие операции. В Индонезии почти все производство кобальта методом HPAL находится в совместных предприятиях с китайским участием. Китай также доминирует в переработке — практически весь гидроксид и сульфат кобальта, производимый в мире, проходит через китайские заводы, прежде чем попасть в цепочки поставок аккумуляторов.

---

Основные выводы

• ДРК производит около 84% мирового кобальта (около 230 000 МТ в год), что делает его самым концентрированным источником промышленного металла в мире.
• Индонезия — второй по величине производитель (около 44 000 МТ в год), совершивший скачок производства на 1 500%+ в 2021–2024 годах благодаря технологии переработки никеля HPAL.
• Около 90% кобальта является побочным продуктом добычи меди и никеля, поэтому предложение не может быть быстро расширено в ответ на сигналы цены кобальта.
• Китайские компании контролируют оценочно 46%+ мирового добытого кобальта и доминируют практически во всей переработке, создавая значительную концентрацию рыночной власти в цепочке поставок.
• LME Cobalt (чистота 99,8%, контракт 1 МТ, цена в USD/тонна) — глобальный ценовой эталон; физические формы (гидроксид, сульфат) торгуются внебиржево по ценам, привязанным к LME или Fastmarkets.
• LFP-аккумуляторы не содержат кобальта и к 2023 году заняли около 40% мирового рынка аккумуляторов для электромобилей — это главная угроза долгосрочному спросу на кобальт.
• Австралия владеет около 20% мировых запасов кобальта (1,7 млн МТ), но добывает лишь около 2% — этот ресурсная база может поддержать существенный рост производства в будущем при благоприятной экономике.
• Цена на кобальт упала с $95 000/тонна в 2018 году до $25 000–$30 000/тонна в 2024 году из-за притока индонезийского кобальта (HPAL) и снижения ожиданий спроса из-за замещения на LFP.